?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Первый пост

Здравствуйте.

Я люблю буквы, слова, книги и поэтому веду такой журнал. Закончила филологический факультет. Знаю чешский, польский, английский. Не представляю жизни без музыки, литературы и близких друзей. Люблю смотреть на красивое. Обожаю природу. Имею кучу хобби, в которых не блещу: рисование, разные виды рукоделия. Интересуюсь кухнями разных стран, постоянно готовлю и экспериментирую. Ищу свой путь. Люблю путешествовать как по России, так и за ее пределами. Жила в Чехии (3 месяца), Вьетнаме (9 месяцев. Записи про Вьетнам доступны по тегу Вьетнам), сейчас живу в Польше, Познань. Родом из Нижнего Новгорода. Феминистка. Чайлд-фри. Либерал. Не добавляю журналы о политике. Не разговариваю о политике с незнакомыми людьми.

Еще у меня есть инстаграмм с картинками моей жизни: meliell17

Hýkal

А это моя татуировка, и я носила ее в своем сердце 5 лет, с 2014 года. Мы тогда жили во Вьетнаме, я много переводила с чешского, но мне отчаянно не хватало живой чешской речи, и я решила слушать чешскую музыку. Так я вернулась к группе Zrní, у которой раньше знала только одну песню. Я слушала альбом 2012 года и просто не могла перестать. Его звучание не было похоже ни на что знакомое. И там была песня Hýkal, я вчера давала ссылку. Hýkal - это чешская нечисть типа лешего. У него нет строго фиксированного облика. Мне почему-то представилось, что это олень с огромными рогами, который смотрит на тебя из-под ветвей, и что в нем есть немного смерти. Я потом даже нарисовала этого оленя (правда, он оказался лосем). И мне дико захотелось, чтобы он остался со мной навсегда. Но я что-то не могла себе представить, что я вот иду и делаю себе огромную татуировку с черепом оленя. Каждый год я говорила себе: ты еще хочешь? Ну правда? Ну может еще подумаешь? И я все думала, думала, думала. Мы переехали в Польшу и я нашла татуировщицу, стиль которой мне дико понравился. Она рисует вот такие черно-белые татуировки, а потом раскрашивает их под акварель. Я не знала, делает ли она чисто черно-белые рисунки, и просидела с языком в заднице еще пару лет. А две недели назад я решила, что хватит уже ждать, за спрос денег не берут, и написала ей в инстаграм: я ваш фанат уже два года, но я не вижу на себе акварельную татуировку. У нас может что-то получиться? Да конечно, пиши на почту, сказала она. Ну, и завертелось. В общем, первое дело, которое я сделала в свои 27 - это татуировка моего Hýkala. Мой memento mori.


Лимонник

Люди не покупают вещи, они покупают истории. Это правда. Иногда они даже покупают свои собственные истории.

У нас на даче одна сторона дома была увита девичьим виноградом. Это такое популярное растение, вы его точно видели, даже если не знаете, как оно называется. У него несъедобные плоды и листья в розетке по пять, по осени они краснеют. Для меня растения никогда не были безымянными: благодаря бабушке я выросла ходячим определителем трав и цветов. А другая стена была завита растением более редким, - китайским лимонником. Его также называют дальневосточным, потому что он вообще-то оттуда происходит, сказала мне мама. Я не поверила. На Дальнем Востоке наверняка растут куда более экзотические растения, чем наш обыкновенный лимонник. Его листья и плоды издавали резкий лимоноподобный аромат. Если у тебя пониженное давление, съешь несколько ягодок, говорили у нас. Красные ягодки на вкус кисло-горькие, а внутри у них косточка в виде расплющенной фасоли, которая хрустит на зубах. Это было никчемушное растение, которое мы никак не использовали. Мама неуверенным голосом сказала, что из него можно сделать соус для мяса. Но в саду было куда больше растений, с которыми было понятно, что делать. И их было много. Но хорошо было подойти иногда к лимоннику, сорвать ягоду, раздавить. Или сорвать лист, растереть. И вдохнуть свежий горьковатый запах нашего лета.

Не так давно у меня в ленте фейсбука кто-то отправился на Дальний Восток и стал там фотографировать местную удивительную еду: там едят, например, папоротник. А еще на фотографиях был мой старый знакомый, лимонник! Мама была права, он растет там! Я чуть не прослезилась. Из него делают сиропы и варенье, он вовсе не никчемушный, он там король стола и полон лечебных свойств.

А где-то месяц назад я вошла в парфюмерный, прошла к стенду попробовать новинки и вдруг поняла, что у меня в руках лимонник, вокруг июль, буйство трав и сад бабушки. Купила, конечно. Попросила на день рождения.

Велосипед - кабриолет

Недавно я вышла из подъезда с велосипедом и увидела, что длинноволосый парень в очках, сидящий в машине, только что нажал кнопку, и его машина превращается в кабриолет. Уходит крыша, окна, всё куда-то втягивается и сдвигается. Хм! сказала я, а больше ничего не сказала. Потому что тут скажешь.

Велосипед - кабриолет. Кабриолет - велосипед.

Я не святая и умею завидовать так, что аж пальцы на ногах поджимаются. Но имущественный статус редко относится к тем вещам, которым я завидую. К чужому достатку я отношусь примерно как к погоде: то есть как к абсолютной данности. Данность эта настолько абсолютна, что по ее поводу невозможно испытывать какие-то эмоции - глупо предъявлять претензии грозе, например. Точно также я отношусь только к одной вещи: к родительским ошибкам в психотерапии. Родители воспитывали так, как считали наилучшим, и появились не в вакууме, а сформированные своей средой, отношениями со своими родителями, прочитанными книгами, популярными в то время взглядами и конгломератом других вещей вплоть до недоеденного в детстве мороженого. Как грозе, так и родителям предъявлять претензии бесполезно. Бесполезно пытаться изменить своё прошлое. Бесполезно поменять родителей, чтобы выжать из них что-то, что тебе в детстве недодали. Вот гроза, вот упавшие деревья, надо их убрать. Вот родители, вот последствия их воспитания. Надо их исправлять. Как говорят поляки, nie ma co płakać nad rozlanym mlekiem - нет смысла плакать над разлитым молоком.

Потом я ехала и думала: это же не просто так велосипед. Это велосипед, близкий моему сердцу. Я купила его с третьей зарплаты в Польше и очень этим гордилась. У меня была мечта, что когда мы переедем в Европу, я куплю себе велосипед и буду ездить на нем на свою эко-френдли работу. И купила, и ездила, и работа была эко-френдли, все сбылось. Когда он у меня сломался, то в сервисе даже видео с ним сняли, потому что они никогда не видели таких восьмерок. А когда я езжу на велосипеде с корзинкой на рынок и втыкаю в нее цветы, мне улыбаются прохожие, потому что я украшаю город. Делаю его более уютным и человечным пространством.

Есть ли у чувака в кабриолете такая эмоциональная история привязки? Дай бог чтобы была.

Мы посмотрели друг на друга - кто первый выезжает из узкого двора, и я поехала на велосипеде за продуктами.

Не оставляя, между прочим, углеродного следа.

Велосипед - кабриолет. Кабриолет - велосипед.





Проблема площадок

Когда я долго ничего не пишу, а потом вдруг снова начинаю, то у меня сразу же встает вопрос площадок.

Вконтакте. Там у меня кажется только одноклассники, поэтому когда я туда пишу, у меня ощущение, что я встала на парту и показываю, как я схожу с ума. С другой стороны, именно Вконтакте разошелся мой текст про сон в летнюю ночь - причем неплохо так, сопоставимо с фейсбуком, 1000 лайков/под 200 репостов. Другое дело, что я точно не буду писать такие тексты каждый день.

ЖЖ. Из ЖЖ я в свое время позорно сбежала в телеграм, потому что мне казалось, что в ЖЖ не сидит уже никто. Тем не менее я недавно написала очень тяжелый для меня пост в ЖЖ и получила очень умные, прекрасные, поддерживающие комментарии. ЖЖшные, вы лучшие!

Телеграм. В телеграм я ушла из жж, чтобы открыть там полусекретный канал, в котором можно ныть про свою депрессию, т.е. мрачно и без прикрас описывать то, что со мной происходит. Канал постепенно перестает быть полусекретным, потому что там уже 130 человек. Есть разница между тем, чтобы рассказать о себе десятку друзей и паре незнакомых людей - это прикольно, как разговор в поезде с незнакомцем. Но если их 130, то это все равно что выйти на площадь и раздеться.

Фейсбук. Тут всё ясно, самая большая, самая живая площадка.

Слава богу в инстаграме у меня только картинки.

Иногда я пишу пост в какое-то одно место, а потом думаю: ну а те, кто на меня тут не подписан, они что, будут обделены?
Или например сую один и тот же текст во все четыре соцсети и думаю: бедные люди, которые на меня подписаны везде. Они прочитают этот текст четыре раза.

Ну и вот как?

Ночь

Где-то между часом и двумя ночи мы ложимся спать. Я говорю мантру “жарко-жарко-жарко-как же тут блин жарко”, а муж говорит мантру “мне вообще-то завтра на работу вставать”. Собака залезает под кровать, а кошка ходит по кухне. Я ворочаюсь, задыхаюсь, раскидываю руки и ноги и чувствую, как мое тело плавит матрас. Так проходит час или полтора. Я начинаю впадать в слабый сон.


Собака понимает, что вот он - ее момент, я больше не ворочаюсь, и запрыгивает к нам на кровать. Она ложится в районе наших ног животом кверху, упираясь при этом жилистыми лапами в мою ногу. Я говорю, что запрыгивать к нам на кровать не надо, потому что собака мохнатая, теплая и царапает когтями. Собака говорит ну попробуй меня выкинь, и я начинаю выдавливать из кровати аморфную собакоподобную массу, у которой нет ни лап (они предусмотрительно прижаты) и которую не за что подцепить. У этой мохнатой массы есть только удвоившийся по отношению к дневному вес. Наконец, я допинываю собаку до края кровати и она шлепается вниз. Это ничего, говорит собака, ты наверное перепутала меня с какой-то другой нежеланной собакой, я сейчас еще попробую залезть. Цокая когтями, собака обходит кровать и залезает на нее еще раз, стараясь не задевать мои ноги. Я все равно не хочу с тобой спать, говорю я, и медленно спинываю аморфную собакоподобную массу, пока не услышу бух и цокот приземлившихся когтей. Собака говорит, что она была о мне лучшего мнения и заходит со стороны мужа. Я изгибаюсь по диагонали и выпинываю собаку из-за мужниных ног. Собака предлагает ввести соскок с кровати в олимпийскую программу. Я предлагаю всем поспать. Собака удаляется под кровать и обиженно оттуда вздыхает и кряхтит.


Муж говорит, что он меня очень любит, и нам надо слиться в объятии. Я говорю мужу, что обниматься в такую жару смерти подобно, и пытаюсь его отвратить от этой затеи. Муж просыпается и спрашивает, зачем я его бужу, ему вообще-то завтра на работу вставать.


Кошка грудным голосом говорит, что ей не хватает ночных развлечений. Она сейчас нам покажет, как это делается, и мы, так и быть, можем присоединяться. Кошка показательно гарцует пару раз туда-сюда с топотом копыт. Я говорю кошке, что никто к ней присоединяться не станет, все хотят спать. Ну и ладно тогда, говорит кошка, я обиделась. И взлетает на кухонный шкаф под потолком. Минут через пять она бросается вниз на холодильник, как опозоренная девица в горное ущелье. Звук такой, как будто падает мешок крупы. Я кое-что забыла сделать там внизу, говорит кошка, и идет в ванную. Там она окапывается в гравии (на самом деле это бетонитовая глина). Я говорю кошке: ты уже все закопала. Что, я не слышу, говорит кошка, разбрасывая гравий вокруг себя. Я говорю: ты уже закопала. Не могу разобрать, что ты говоришь, говорит кошка, шоркая когтями по пластику. Я говорю: закопала уже. Не слышу тебя, говорит кошка, шоркая когтями по плетенной из бамбука тумбочке. Потом она выходит из ванной и говорит: так что ты говорила-то? Я говорю: закопала! Кошка говорит: а, ну я так и подумала. Но я вернусь на всякий случай и еще немного поскребу. Кошка возвращается в ванную и говорит: а как чудесно точить когти об эту тумбочку!


Муж говорит, что он нашел удивительное положение тела, в котором можно издавать такие звуки, как свист, треньканье, сипенье или рык. Я говорю мужу, что ему надо перевернуться на бок. Муж говорит, что ему вообще-то завтра на работу вставать.


Собака говорит, что на пустой желудок ей не спится, и цокая когтями, идет на кухню. Там она окапывается в гравии (на самом деле это сухой корм). Она подцепляет его ртом, и невошедшие в собаку остатки гулко падают в пустую металлическую миску. Затем, влажно шлепая, собака пьет воду и прикидывает, войдет ли в нее еще немного гравия. Я попробую, говорит собака. Затем она снова возвращается под кровать и у нее получается заснуть. Во сне собака видит нехороших людей, которых надо отогнать. Лаять во сне собаке не удается, и она говорит просто вуф. Вуф. Вуф. Я говорю собаке, что ей это снится, и нечего тут вуфкать. Собака замолкает, и ей начинает сниться хороший сон, в котором она бежит за добычей. На деле она скребет когтями об пол. Я говорю собаке, что жизнь есть сон.


Муж говорит, что он всегда мечтал вот так вот широко раскинуть руки и ноги в кровати. Я говорю, что это прекрасно, но мне тоже нужно какое-никакое пространство для сна. Я говорю мужу, что ему надо перевернуться на бок. Муж говорит, что ему вообще-то завтра на работу вставать.


Тут собака с громким криком выскальзывает из-под кровати и говорит, что защитит нас всех от человека, который между третьим и четвертым часом ночи прошел по лестничной площадке, потому что она во-первых страшная, а во-вторых бесстрашная. Муж говорит, что ЕМУ ВООБЩЕ-ТО ЗАВТРА НА РАБОТУ ВСТАВАТЬ. То есть говорит он совсем не это, но смысл всем понятен.


Просыпаются птички. Птички говорят, что хоть ночь темна и полна ужасов, но конец этому близок, и скоро взойдет солнце. Я говорю, что солнце - это звезда смерти, и оно зажарит нас всех.


Соседи, которые видимо работают пекарями и водителями общественного транспорта в утреннюю смену, говорят, что им пора на работу. Город говорит, что надо немедленно спасать какого-то несчастного на скорой помощи. Виу-виу-виу. Трамвай с рокотом проезжает по мосту и говорит: ухх, мощны мои лапищи!


Где-то после четырех энтузиазм птиц-огнепоклонников спадает, кошка спит на шкафчике на кухне, собака спит под кроватью, а муж спит рядом со мной. Я наконец-то охлаждаюсь до той температуры, когда уже можно заснуть.


Я сплю.

Fiat lux

Я никак не могу решить, когда у меня Новый год. С одной стороны, 31 декабря, как у всех, с другой стороны, я живу в стране, где Рождество более значимо, а вообще мне очень важна длина светового дня, а еще есть Старый Новый год. В общем, Новый год начинается примерно сегодня и длится примерно до середины января. Поэтому я хочу написать этот пост.


Одна френдесса недавно написала: вот, мол, уже и конец года, скоро все будут писать свои блестящие итоги с детьми, мужьями, работами и прочими успехами.


Ну напишу и я свои итоги — не то чтобы блестящие, с психологом и психиатром. Прочитаешь их — и будет тебе не обидно.


Это, наверное, самый бурный год в моей жизни. Три кита этого года: работа, психолог, психиатр. И нет, до психолога я дошла не из-за стресса на работе. Такая потребность возникла раньше.


Работа. На ней я познакомилась с кучей и милых и не очень людей. Тех, кто не очень, я пережила, а хорошие остались. За год я с нуля научилась такому количеству вещей, что и сама бы не поверила, что смогу. SAP: кадры, бухгалтерия... В нашей команде я уже старшая. Все остальные ушли. У меня были две командировки в Прагу.


На заработанные собой деньги я купила средство передвижения — велосипед, и радостно на нём передвигалась. Ещё я купила холодильник. Почему-то когда я говорю «холодильник», все немедленно говорят «оооо, теперь ты чувствуешь, какая ты взрослая?!». Хотя я ещё и кошку завела. На кошку никто так не реагирует.


Кошку мы взяли из приюта, и она отлично прижилась. Я не собираюсь писать, что она какая-то невероятная и необычная, что я не знаю, как мы жили без нее, — нет, но недавно я начала задумываться: никто бы не узнал, какая она ласковая, смешная, умная и добрая, если бы она жила на улице, никто бы этого не заметил. И от этой мысли мне становится очень больно.


Психолог. У меня очень классная психолог, я долго ее искала. Смотрела фотографии типичных психологинь: неопределенный возраст, платочек на шее, взгляд понимающий до блаженности, и думала «нет, это всё не то, это какие-то банальности», а когда увидела ее, то подумала: «а вот с ней должно быть весело». С ней и правда весело, она говорит, что у меня хорошее чувство юмора, и я всегда себе это повторяю, когда шучу свои дурацкие шутки. Иногда она говорит такие простые вещи (типа «ты сейчас злишься»), что даже удивительно, что они зачем-то нужны и еще более удивительно, что они работают, но они работают, потому что иногда достаточно просто назвать вещи своими именами. Иногда она говорит очень сложные вещи. Иногда она говорит очень болезненные вещи. Всё как в обычных человеческих отношениях.

Еще у меня есть психиатр, которая подбирает мне антидепрессанты. Недавно я ответила «всё нормально» на вопрос психиатра «как дела», а потом разревелась, получила личный телефон психиатра и подумала, что дела у меня не так уж и хорошо. Проблема в том, что я никак не могу понять, уже хорошо или еще нет. Ни одни таблетки не раскрашивают жизнь в цвета радуги. От некоторых хочется спать, от некоторых есть, от каких-то кружится голова, но ни одни из них не делают жизнь легкой как по мановению волшебной палочки.


Я недавно шла с работы и остановилась у дома, чтобы посмотреть на звезды в ветках деревьев. Я тогда подумала, что это прекрасная метафора всей моей жизни. Я словно всю жизнь жила в темноте, ранясь обо всё подряд. Теперь я знаю, что есть звезды, есть свет, но я всё ещё смотрю на них со дна глубокого колодца, и из этого колодца мне еще выбираться и выбираться.


Выбираться и карабкаться нужно, опираясь на всё, до чего только можешь дотянуться. В какой-то момент такой штукой для меня стали компьютерные игры. Я приходила домой, бросала сумку и играла в Героев меча и магии. Я училась прямо ходить в Воре и начала нахально убивать стражников, просто потому что могу. Я разгадывала загадки Prey и чувствовала, как мозг выдает мне дофамин за каждый найденный предмет, за каждую выигранную битву. Даже удивительно, насколько примитивные инстинкты удовлетворяют эти современные игры: охота и собирательство, охота и собирательство. Если дофамина в жизни мало, нужно брать его из любого доступного источника, и компьютерные игры в этом смысле — отличный источник, ничуть не хуже других.


В этом году мне наконец-то стало в хорошем смысле наплевать на погоду, и это неимоверно, неимоверно облегчило мне жизнь. Потому что всю предыдущую жизнь я была очень нервно зависима от погоды. Если не было солнца, я начинала изнывать, если была жара, я начинала скучать, если был холод, я начинала страдать, если шел дождь, я начинала грустить. Я не знаю, как у меня получилось изменить отношение, но подозреваю, что отчасти этому поспособствовала работа, которая поглощала львиную долю моего внимания. Теперь погода для меня — это, так сказать, чистые метеоусловия. Если сильный дождь, я надеваю резиновые сапоги, если очень холодно, то я надеваю парку вместо пальто и так далее. При этом глубоко внутри я радуюсь вообще любой погоде, просто потому что это что-то, отличающееся от работы, что-то всегда существующее, но изменчивое: на улице каждый день пахнет по-разному, деревья постоянно выглядят иначе. Каждый день я выглядываю в окно и думаю: «о, там дождь!», или «о, там снег!», или «о, там солнце!», и всё это одинаково хорошая новость. Я наслаждалась весной, когда цвел абсолютно каждый куст, я наслаждалась летом (хотя его я помню хуже всего, оно было самым нервным и по температурам не отличалось от весны), я наслаждалась осенью, глядя на урожай каштанов у дома, — и сейчас я наслаждаюсь зимой. Я вспоминаю себя несколько лет назад, как трудно мне было жить в осенне-зимней темноте, какими бесконечными казались темные дни, как невозможно было дождаться малейшего прибавления светового дня, а сейчас уже 21 декабря и день начнет прибавляться, для меня это поворот к весне, — а я все еще не успела устать от зимы, от темноты. В этой темноте уже нарождается свет.


Fiat lux.

Программное заявление

Это очень важный для меня текст. Мне было очень сложно его написать.

Я с детства была очень домашней девочкой и с содержания родителей я перешла на содержание мужа. Я не очень представляла, кем я могу работать после филфака, да и вообще была воспитана в духе русской книжной традиции: деньги — это низменное и совершенно это не главное, нестяжательство — это прекрасный и истинно духовный путь. Я потихоньку делала переводы на фрилансе, и «на булавки» мне хватало. Легко ли в моральном смысле сидеть дома и зарабатывать в 10-15 раз меньше мужа и не делать никакого вклада в семейный бюджет? Ну, может, кому-то и легко, но мне было очень тяжело. Угрызения совести ослаблялись и усиливались, но вообще-то мне всегда было стыдно: могла бы работать нормально, но не работаю, потому что не знаю, кем, как и где. Поиски себя затягивались. К чести мужа надо сказать, что ему было все равно, что я делаю: учусь, делаю переводы или просто сижу дома с вышивкой, — он меня так и так любит.

Но однажды всё поменялось. Я чистила унитаз, а муж вдруг написал мне, что у него есть перспектива поехать в Лондон в следующем месяце, в командировку. Блядь, сказала я, и бросила ершик. А у меня есть перспектива чистить этот унитаз сейчас; через неделю, когда он снова запачкается; и через месяц, и никто не позовёт меня в Лондон ни в связи с чисткой унитазов, ни в связи с чем-нибудь ещё. Я испытала ярость и захотела на любую работу, которая отличается от чистки унитазов, плит, раковин и готовки. Потому что эта работа проходит совершенно незаметно и напоминает невидимый Сизифов труд: только всё помоешь — можно начинать мыть заново. И никаких изменений или перспектив не предвидится. Можешь купить себе телескопическую швабру, но по сути это та же самая швабра.

Я бы согласилась на работу официантки. В этот период ко мне пришло уважение к труду — к любому труду. Во многом этому поспособствовало нахождение в Польше, где люди даже на низкооплачиваемых должностях не встречают тебя выражением лица «боже, вообще-то я царица, но судьба забросила меня на кассу круглосуточного магазина, как я могла так низко пасть?!».

Я чисто по приколу (терять-то нечего) забросила удочку в международный центр Икеи, и меня туда взяли. Теперь я отвечаю за все чешские Икеи: не только за 4 магазина, но и за 3 компании. Нас, постоянных работников, всего двое. Наш отдел в глубоком кризисе. Это состояние можно назвать пиздецом или «вызовом», но оно приносит невероятный драйв. Дома по выходным мне скучно без того количества стимулов, которые есть на работе.

Дома по выходным мы убираемся с мужем вместе, потому что он — профеминист.
1) Мужчина платит
Сидим в суши-баре, куда я затащила Костю. Я делаю заказ - я лучше говорю по-польски. Я прошу счет. Я даю скидочную карту и говорю, что платить будем картой. Вся коммуникация идет через меня. Но счет - тадааам - приносят моему мужу, к другой стороне стола. Окей, протягиваю руку с карточкой туда, плачу.
2) Женщины любят сладкое, а мужчины нет
За десертом идем в кафе-мороженое. Заказ опять-таки делаю я - из-за языка. Прошу шарик мороженого (для себя), пирожное и кофе (для Кости). Но официантка думает, что всё это я заказываю для себя, и сочувственно смотрит на мужа: а может пану хоть чего-нибудь попить? Не, спасибо, это всё, говорю я, не вдаваясь в подробности. Муахаха, да я, видимо, сладкоежка и обжора и держу мужа в черном теле, не давая ему даже попить. Окей. Пока Косте готовят кофе, я успеваю доесть свое мороженое. Заказ приносит другая официантка, не та, которая его принимала. И опять-таки по дефолту предназначает его мне. Нет, качаю я головой, кофе маккиатто для пана. А пирожное? - неуверенно спрашивает официантка. И пирожное тоже для пана. Я равнодушна к сладкому. Мороженое для меня - просто символ наконец-то наступившего тепла.
Мы недавно ездили в область Польши, которая называется Мазуры, и там я впервые увидела аистов. Аисты, они ух какие громадные, а их гнезда так вообще монументальные строения. Олени на мазурских полях паслись с таким безмятежным выражением на мордах, как будто мазурские фермеры высаживают эти поля исключительно для оленьих нужд. Ещё я впервые погладила по носу лошадку — не бог весть какое достижение, но раньше как-то не доводилось. Но сегодня я была просто поражена: по дороге на работу я увидела фазана. Утром, в городе, даже не на окраине, около трамвайных путей. Фазана трудно не заметить — он очень яркий и нарядный, особенно в зелёной траве. Первый раз я видела фазана мельком, из окна поезда, но сегодня нас разделяло метров десять. Когда я на работе с восторгом начала рассказывать про утреннюю встречу, коллеги даже бровью не повели: боже, ну ты как ребёнок! Где ты раньше жила, что у вас там не было ни аистов, ни фазанов? Ну что я могу сказать... Процитирую маму: «Балахну признали экологически чистым городом (что ВЕСЬМА! сомнительно), но вот у нас тут что-то фазанов никто не видел».

Profile

meliell17
Александра

Latest Month

July 2019
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by yoksel