Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Первый пост

Здравствуйте.

Я люблю буквы, слова, книги и поэтому веду такой журнал. Закончила филологический факультет. Знаю чешский, польский, английский. Не представляю жизни без музыки, литературы и близких друзей. Люблю смотреть на красивое. Обожаю природу. Имею кучу хобби, в которых не блещу: рисование, разные виды рукоделия. Интересуюсь кухнями разных стран, постоянно готовлю и экспериментирую. Ищу свой путь. Люблю путешествовать как по России, так и за ее пределами. Жила в Чехии (3 месяца), Вьетнаме (9 месяцев. Записи про Вьетнам доступны по тегу Вьетнам), сейчас живу в Польше, Познань. Родом из Нижнего Новгорода. Феминистка. Чайлд-фри. Либерал. Не добавляю журналы о политике. Не разговариваю о политике с незнакомыми людьми.

Еще у меня есть инстаграмм с картинками моей жизни: meliell17

И снова новый год

Самый странный новый год был, когда из Ханоя, из северной столицы, где жили, мы полетели на Фукуок, на крошечный остров, на южную оконечность страны Вьетнам. Летели весь день, потные, в духоте, с пересадкой, умаялись. Спускаемся на пляж, там море делает шшурх, люди - праздничные, в платьях, с макияжем, официант эдак ловко коктейль тебе в ручку вставляет, а на столах креветки хвостами в разные стороны. Я быстро отказалась от мысли делать вид, что я на новогоднем приеме, скинула обувь и впилась пальцами ног в песок. Так и запомнилось: ноги в песке, на столе креветки, Луна светит на море.

Самый одинокий новый год был - первый новый год в Польше. Я тогда еще даже не подалась на первый вид на жительство, жила по 90-дневной визе и мне казалось, что в Польше нет ничего для меня. Ничегошеньки. Что я видимое только мужу привидение, которое обманом пробралось в страну Польшу, и что страна меня совсем не ждала, не хотела и не любила. Смотрела на фейерверки и пыталась не плакать. Звонила домой и пыталась, чтобы голос не дрожал. На этот новый год я подарила мужу кружку с надписью Home is were the heart is и наполнила ее M&M-сами, чтобы в новом году было столько хороших событий, сколько M&M-сов в кружке. Ну, жизнь как-то наладилась потом.

А самый счастливый новый год - это в детстве. У дедушки с бабушкой. С настоящей елкой, то есть сосной. Подарят новую книжку Гарри Поттера. Синюю или зеленую. Буду читать всю ночь! А когда засну на своей хрупкой раскладушке, мне обязательно приснится, как я летаю - вместе с раскладушкой - над спящим Нижним Новгородом.

Ты расскажи ему, как я скучаю

В общем, я уже перевалила за год в Польше, и пока что это самый долгий срок моего проживания за границей. В Чехии я жила три раза по месяцу, во Вьетнаме жила около девяти-десяти месяцев. Мне кажется, чтобы проникнуться какой-то культурой, нужно прожить внутри нее как минимум год. Год позволяет изучить праздники официального и неофициального календаря и увидеть, как меняется природа.

Во Вьетнаме мы пробыли меньше года, и поэтому гештальт Вьетнама у меня мучительно незавершен. Я не видела сезон дождей, хотя самое его начало успела застать. Я много думаю о Вьетнаме в последнее время. Очень скучаю. Каждый месяц думаю: а на какой фрукт сейчас сезон? В июне был сезон ананасов, 3-4 очищенных ананаса за доллар... Какие цветы сейчас продают в Ханое? Весной были лилии, летом лотосы, зимой турецкие гвоздики... В Ханое у меня в квартире всегда стояли свежие цветы, иногда даже в двух вазах: напольной и настольной.

Некоторые вещи, которые казались мне во Вьетнаме глупыми и странными, вдруг нашли своё объяснение. Например, меня ужасно раздражала манера местных готовить еду на тротуаре перед своим домом. Вообще-то, знаете, в домах бывает местность под названием кухня! - думала я. Но жарить и варить еду (которая сильно и долго пахнет и нагревает помещение) в доме, когда температура превышает 30 градусов, действительно неудобно. Или, например, вьетнамки. Я злилась, что нельзя найти качественную обувь, что вся она из какого-то неудобного вонючего пластика. Но когда плесень насквозь проела мои натуральные кожаные босоножки, я поняла, что резиновые шлепанцы - самое то для ханойской погоды. Глупо, в общем, судить местные традиции без знания реалий.
***
В поисках Вьетнама я наконец добралась до того познаньского кафе, которое держит супружеская пара, увлеченная гастро-путешествиями. Из путешествий они привозят рецепты блюд, которые потом и готовят для всех в кафе с интерьером, который возбуждает в местных ужас: там стоят низенькие пластиковые столы и стулья - как во вьетнамских уличных кафе. Я бы не сказала, что их суп фо был лучшим в моей жизни, но пока что он был самым близким к аутентичному вьетнамскому супу. В конце концов, его же готовят везде по-разному, так что я допускаю, что и в Ханое я могла бы съесть что-то похожее. Впрочем, это же Польша: если в азиатские блюда типа пад-тая и фо не кладут капусту и морковь, то это уже успех. А вьетнамский кофе был бесподобный.
Не делаю фоток в последнее время, потому что камера моего телефона оказалась безнадёжно поцарапана. Но я не хочу новый телефон, так что буду показывать свою поцарапанную жизнь. Нет, я не во Вьетнаме, но кофе сегодня — вьетнамский.

Мендзыздрое вас устроит?

По причинам, связанным с документами, заграничные моря нам этим летом не светили, и пришлось отправиться на Балтийское море в Польше. Увидев, что варшавский поезд следует до городка с невероятным названием Свиноуйстье, мы сначала ужасно смеялись, а потом узнали, что он стоит на море. С тех пор нашим девизом было "Свиноуйстье и купальник!" (ср. "слабоумие и отвага"). Но самый удобный вариант гостиницы нашелся в городе Мендзыздрое, что в 15 км от Свиноуйстья. Самый-самый запад Польши, через пару десятков километров уже Германия.

Название города Мендзыздрое переводится как "между источниками", а по-немецки звучит куда благозвучнее: Мисдрой. Немцев, кстати, в городе было очень много: и молодые пары с детьми, и группы веселых старушек. Меню во многих ресторанах переведено на немецкий язык, но официантки предпочитали разговаривать с иностранными клиентами на английском.

Мендзыздрое - курортный городок с населением в 6 тыс. жителей, абсолютное большинство которых, как мне показалось, занято в туризме. Чуть ли не каждый дом сдавался туристам, и на каждом углу было кафе (интересно, чем местные жители зарабатывают в несезон?). Главной достопримечательностью Мендзыдрое является пляж. Он довольно широкий (30-50 м), очень длинный (6 км) и чистый. Ну, и совершенно бесполезный в дождь, хотя об этом я уже писала. Температура воды в Свиноуйстье - самая высокая на всей польской Балтике, однако она редко превышает 19 градусов. "19 градусов - это же кипяток!" - сказал гид в музее.
Наш пляж. Отличное место, жалко только, что холодно
Если пойти по направлению к зеленым холмам, то можно прийти вот к такой лестнице. Она ведет в Волинский национальный парк, где в специально огороженном месте можно посмотреть зубров, оленей, кабанов, орлов и филинов, если последние захотят показываться. Когда мы дошли до жубровиска ("зубрятник" по-польски), начал накрапывать дождь, и, соответственно, фотографии получались плохо. Справедливости ради скажу, что в реальности зубры выглядят так же невпечатляюще, как и на фотографиях: ну большие. Ну мохнатые. Ну с рогами... А так - ну коровы и коровы, даром что редчайшие и охраняемые.
Лестница в национальный парк с зубрами
На откосах парка также расположена заброшенная немецкая артиллерийная школа, которая была построена в 30-ых годах 20-го века и служила до середины 50-ых. Из этого объекта можно было сделать поистине интереснейший музей, но денег на это, по-видимому, нет. Пока что власти ограничились тем, что позакрывали все входы и бункеры замками и повесили четыре небольших плакатика об истории этого места. Бункеры заболачиваются и порастают деревьями. У этого бука над бункером расщепился, а потом снова сросся ствол. Я немедленно туда залезла, потому что моя мама обожала фотографировать меня на разных странных деревьях в детстве (привет, мама!).
На обрыве в Мендзыздрое расположена заброшенная немецкая артиллерийская школа. Куча бункеров, поросших странными деревьями. Одно из деревьев образовывает арку.
Старой интересной архитектуры в Мендзыздрое исчезающе мало, прибрежная территория застраивается многоэтажными современными гостиницами. Но у побережья сохранилось здание станции спасения на водах, построенное в 19 веке. Пересвеченную фотку в контровом свете спас только черно-белый фильтр.
Старинное здание — станция спасения на водах, 19 век. Теперь там расположен очень атмосферный ресторан Порт.
Местным специалитетом является, конечно, рыба. Это при том, что вся остальная часть Польши рыбу не жалует (кроме селедки, вымоченной в уксусе до полной несъедобности). Так что побережье - это рыбный рай. Рыбу тут жарят (в панировке до бесчувствия), запекают в фольге, из свежей делают татар (удивительно популярное блюдо в Польше), а также коптят. На этой фотографии у меня получилось запечатлеть не только готовый продукт, но и коптильню, которую в тот момент как раз загружали новой порцией рыбы. Помимо узнаваемой скумбрии, лосося и креветок там коптится еще добрый десяток наименований рыбы. Интересно, что на побережье делают редкий вид польских колбасок кабаносов - из лосося!
Коптильня и копченая рыба
Классическим польским курортным (ну и просто летним) блюдом являются гофры. Это свежевыпеченная гофрированная вафля, поданная с джемом/нутеллой/сливками, ягодами и соусами. "Это выглядит как праздник!" - благоговейно сказал мой сладкоежка.
Это выглядит как праздник, сказал Костя. На самом деле это выглядит как гофры - так по-польски называется горячая вафля со сливками и ягодами, обязательное курортное блюдо. Мы в отпуске! Ням!
В наш последний день, когда, по закону подлости, дождь таки перестал лить, мы поехали в Балтийский парк миниатюр. Он находится в 10 минутах езды от главной набережной Мендзыздрое, откуда ездят бесплатные автокары. Парк открылся всего лишь в прошлом году, поэтому выглядит он просто потрясающе. В отличие от прочих парков миниатюр этот - тематический. В нем собраны самые красивые здания стран, стоящих на Балтийском море. Интересно, что Россия там тоже представлена, но не какой-нибудь из жемчужин Санкт-Петербурга, а всего лишь маяком Балтийска. Правда, афиша обещала скорое открытие модели храма Спаса на крови.
Шверинский замок, Германия. В нем находится 650 комнат! А история этого немецкого замка начинается с маленькой крепости славян-ободритов.
Парк миниатюр. Замок в Шверине в Германии
Замок Розенборг, Дания. Замок принцессы на горошине, придуманной Г. Х. Андерсеном.
Парк миниатюр. Замок Розенборг, Швеция
В парке миниатюр, конечно, можно было снимать и снимать! Но мне не хотелось отвлекаться, т.к. у нас была экскурсия с веселым гидом, и прерываться на фотографии, когда тебе что-то рассказывают, по-моему, невежливо.
***
В общем, если судьба занесет вас на дождливое Балтийские море, постарайтесь извлечь из этого максимум. "Приехать к морю в несезон, / помимо матерьяльных выгод, / имеет тот еще резон, / что это - временный, но выход / за скобки года, из ворот тюрьмы".

Отпуск на море

Глядя на фотографии в инстаграмме, я вдруг подумала, что солнце есть абсолютно везде, кроме города Мендзыздрое, что на Балтийском море в Польше. Не, у нас тоже было солнце. Мы даже успели надеть шорты и пойти обедать. Правда, из кафе мы шли уже под дождём. Ну и я наконец поняла, почему некоторые люди надевают шорты при этой дикой температуре. Они просто увидели просвет в тучах и понадеялись. А когда мы дошли до отеля, начался ливень, просто света белого было не видно.

Завтра наш отпуск наконец-то заканчивается и мы поедем домой в Познань. По относительной шкале (то есть если сравнивать с прошлым) это был самый плохой отпуск в моей жизни. По абсолютной — ничего жуткого, конечно. Хорошая гостиница (которая, правда, стоила как тур в Грецию или на Кипр, куда мы не могли поехать из-за документов), вкусные завтраки, номер с ванной, балконом и видом. Отличная еда в окружающих кафе, ресторанах и фудтраках. Копченая рыба, опять же.

Ну кто виноват, что это городок в пять тысяч жителей, в котором главная достопримечательность — несколькокилометровый пляж, который совершенно бесполезен в неделю дождей?

В эту неделю я из чайлдфри стала превращаться в чайлдхейт, потому что море здесь мелкое и сюда приезжают как раз для того, чтобы купать маленьких детей. Дети, причем не по одному, а по двое-трое были тут чуть ли не у каждой семьи, и как положено детям, они кричали, плакали, бегали туда-сюда, бросались под ноги, падали, капризничали и требовали что-то купить.

Я никогда не видела столько людей на курорте. На главной прогулочной улице было как в московском метро в час пик. В это же время в моей фейсбучной ленте начали появляться посты поляков двух тональностей: нищие получатели незаслуженного пособия 500+ (500 злотых ежемесячно на каждого второго и последующего ребенка) выехали на Балтику, испортили всем отдых своим полным отсутствием манер и буквально засрали абсолютно все пляжи и кафе. Либо в либеральном тоне: да, они засрали все пляжи, они невоспитанны и бедны, но давайте же возрадуемся — впервые за многие десятилетия, а иногда и вообще впервые в жизни многодетные семьи могут позволить себе отдых на море!

Я так и не выработала своё мнение по этому вопросу и засранных пляжей не видела, а людей вокруг было реально много. В этом году на Балтийское море приехало на один миллион поляков больше.

Паранойя vs беспечность

Мы уехали отдыхать на Балтийское море в польский городок Мендзыздрое.

Когда мы заселялись в гостиницу, это выглядело примерно так:
— Здрасьте, мы резервировали номер на букинге.
— Ага... Фамилия? Распишитесь. Заплатите. Вот ваши ключи-карточки от номера.
Даже никаких документов не спросили!

Для завтрака не нужны никакие талоны-купоны, ключи от номера, и никто тебя не отмечает в специальном списке. Завтраки с 7 до 11, и можешь хоть два раза приходить, если проголодаешься в промежутке.

Сегодня мы благополучно забыли обе карточки внутри номера. Пришли на рецепшн, так и так, извините рассеянных идиотов. Ничего страшного, сияет молодая девушка. Только номер комнаты и фамилию скажите. Такие-то. Мы документы можем показать, говорю я совестливо. Не надо, сияет девушка в ответ, и выдаёт нам карточку.

Я всё думаю: это я привезла с собой российскую паранойю, или это они тут такие беспечные и непуганные?...

Нуар Лодзи: часть вторая, оптимистическая

Продолжаю рассказ о путешествии в Лодзь. Первая часть получилась весьма грустной, поэтому я дала ей название "Нуар Лодзи: часть первая, пессимистическая", а эту часть постараюсь сделать более оптимистичной.

В Лодзи на удивление хорошая система трамваев. Даже во времена упадка никому не пришло в голову убирать с улиц рельсы, как в России. Так что теперь по ним ездят как старые коротенькие трамваи, так и длинные "ящерицы" красно-желтой расцветки. Традиции превыше всего. Однако из традиций выбивается остановка над большим транспортным узлом, которая настолько не понравилась жителям Лодзи, что ее окрестили конюшней для единорогов. Вблизи этот павильон производит потрясающее впечатление: легкий, нежный, летящий, с готическими сводами!

И вот поди ж ты: конюшня для единорогов.

Продолжая тему транспорта: в Лодзи настоящий бум велосипедов. Автоматические станции проката стоят чуть ли не на каждой остановке, и местные жители ими с большим удовольствием пользуются: первые двадцать минут катания на любом велосипеде бесплатны, и поэтому люди просто пересаживаются на очередной велосипед на новой станции, катаясь таким образом совершенно бесплатно. Мы так не делали, честно катались на одном велосипеде три часа, и в результате с нас списали значительную сумму. Всё-таки эта система не для долгих прогулок, а для быстрого передвижения по городу.

На главной пешеходной улице города, Петрковской, существует особый бизнес, связанный с велосипедами. Это велорикши! Так как эта улица чрезвычайно длинна, ее пешее преодолевание занимает довольно много времени, и для быстроты придумали такой способ передвижения. Последний раз велорикши я видела во Вьетнаме, и, конечно, об Азии эта традиция и напоминает.

Но в Лодзи об Азии напоминают не только велорикши. Меня удивило огромное количество азиатских кафешек и бистро. В Познани, например, такого нет. В Познани в принципе маловато "этнической" еды (хотя один индийский ресторан держат братья-индийцы, а во вьетнамский ходят хипстеры). Кроме того, в Лодзи много секонд-хендов. Оно и понятно: население в целом небогатое...

Интересно, что в Лодзи мирно уживались представители трех культур: поляки, немцы (промышленники), евреи и русские (попавшие в Лодзь во время трех разделов Польши). От русских осталось два православных храма, оба действующие.
Лодзь был городом четырех культур. В нем уживались поляки, немцы, евреи и русские. Во дворах-колодцах ещё остались молитвенные дома (если нет Торы, то это не может называться синагогой), а от русских осталось два православных храма.

От евреев во дворах-колодцах, напоминающих питерские, остались молитвенные дома. Оказывается, если в молельне нет Торы, то это не может называться синагогой. До войны таких заведений было около двухсот по всему городу, а теперь осталось два или три.

Ну и конечно, все три культуры оставили после себя богатейшие и красивейшие кладбища. Историческим значением обладают два: еврейское и старое (католическое, евангелическое и православное). Мавзолей Шейблера похож скорее на храм или замок, чем на усыпальницу. К сожалению, внутрь пройти нельзя, идет реставрация.
Это не замок. Это склеп одного из самых знаменитых лодзинских промышленников.

Еврейский след в городе действительно ощущается. Едва выйдя с вокзала, я заметила звезду Давида, небрежно нарисованную на стене. Я никогда не встречала этот знак в стритарт-культуре и очень удивилась. В Лодзи находилось одно из крупнейших еврейских гетто, и большая часть лодзинских евреев была истреблена. Однако сейчас евреи возвращаются в город, действует одна синагога. По закону, если евреи смогу доказать, что их предки владели некой недвижимостью (домом или квартирой), то эта недвижимость будет возвращена им в собственность. Жильцам, подвергающимся выселению, эта идея, конечно, не нравится. Протестующие рисуют звезду Давида со всякими оскорбительными надписями.

В Лодзи располагается одна из сильнейших в Европе киношкол, перенесенная в Лодзь после Второй мировой в связи с полным разрушением Варшавы. Ее выпускниками являются Анджей Вайда, Роман Полански, Ежи Сколимовский, Марек Пивовский, Кшиштоф Кеслёвский. Зуза, которая показывала нам Лодзь, поступила туда в этом году, чем очень гордится. Мы гордимся вместе с ней.

У Зузы живет суровый кот по имени Иван. Весит шесть килограммов. Когда я его подняла, то сразу подумала, что моя затея завести мейнкуна, наверное, провалится. Всё-таки мейнкуны весят 10-15 кг, а я и шесть держу едва-едва. Интересно, подумала я, а как женщины таскают детей...
А это суровый польский кот нашей хозяйки Зузы по имени Иван. Я не тискала котов с октября!!

То ли мы этому коту очень понравились, то ли наоборот, очень НЕ понравились, но он решил обдуть Костин рюкзак прямо в присутствии хозяина. Рюкзак быстро замыли, а солнце его быстро высушило. Костя не терял самообладания и хладнокровия. Это было единственным инцидентом за всю поездку. Ну, на обратном пути поезд опоздал, но нам было всё равно: мы уютно сидели на законно купленных местах с розетками, столиками, вешалками, подставками для ног и прочими атрибутами железнодорожной цивилизации.

PS И последний интересный факт: русский город Иваново - побратим Лодзи. Тоже гигант легкой промышленности.
PPS Самый-самый последний факт: Лодзь по-польски звучит как "Уч". Теперь вы знаете все.

Еленя Гура и Шклярска Поремба

Это такие польские городки на самой границе Польши и Чехии, в которые мы поехали на майские, чтобы отдохнуть в горах. Чехия реально близко: на горизонте видна самая высокая чешская гора Снежка (1602 м), в ресторанах уже подают чешское пиво и жареный сыр, надписи кое-где продублированы на чешском (с ошибками!), а от станции Шклярска Поремба Гурна даже ходит поезд в Чехию.

Вообще-то во всех этих городках даже непонятно, где они начинаются и где заканчиваются: Еленя Гура, Чеплице, Собешув, Ягнёнткув, Пеховице, Михаловице, Шклярска Поремба - все эти поселения плавно размазаны на вытянутом в сторону Чехии отрезке и крайне плохо соединены транспортом. Крайне плохо - это раз в час. Впервые в своей жизни мы пожалели о том, что у нас нет машины.

Мы жили в районе Еленя Гура Чеплице, который славится своими термальными источниками. Таксист, который вез нас ночью в гостиницу, сказал, что город trochę zaniedbany (немножко неухоженный), но горы вокруг очень красивые. Оказалось, что "немножко неухоженный" - это очень вежливое преуменьшение, но место это и вправду самое уникальное из всех, что я видела. Для того, чтобы его вообразить, нужно представить обычное русское садоводство (ржавая проволока, гнилые доски, кривые сарайчики, красивые цветочки) рядом с заброшенными заводами, разбавить пустырями и полуснесенными домами (вид у них послевоенный) и-и-и-и! добавить невероятных деревянных домов немецкой архитектуры. Я ходила там с открытым ртом! Я вообще не часто встречала в Европе деревянные дома, а те, которые я увидела в Еленей Гуре, напоминали архитектуру деревянного Нижнего Новгорода. Ощущение полнейшего упадка только усиливалось от супер-современных поездов, которые бесшумно лавировали под столетними немецкими мостами из красного кирпича и останавливались у рассыпающихся перронов рядом со сгоревшими немецкими вокзалами. Может, кто-то любит чистоту и прилизанность, но не меньше дворцов меня привлекает то, что паблики вконтакте окрестили "эстетикой ебеней".

Вокзал в Еленей Гуре Чеплице. Слева заколоченные склады, а за ним клубки ржавых рельсов. А какие красивые деревянные элементы поддерживают крышу!
Вокзал
Collapse )

Монахини в Польше

Если на территории России в советское время религия жестко подавлялась, то на территории Польши коммунисты так и не решились на антирелигиозную пропаганду. Костелы и монастыри продолжали жить своей жизнью, ничего не обрывалось резко, не пропадала традиция. В результате религия так и осталась вписанной в жизнь народа.

Монахини в Польше - это обыденность. Встретить на улице монашку - такое же обычное дело, как встретить там школьника, пенсионера или маму с коляской. Но для меня, человека непривычного, для меня это поначалу было потрясением. Всё-таки православные монахини редко разгуливают по улицам. Поэтому поначалу я волновалась: а вдруг я встречу на улице монахиню и она мне что-то скажет?? А я ее еще и не пойму!

В отличие от православных монахинь, у католических бывают совершенно другие лица (не у всех, но всё же). Из поездок по монастырям России я помню, насколько серьезны русские монахини. Глядя на них, даже сложно представить, что они могут улыбаться, не говоря уже - смеяться. Во-первых, они тебя просто не видят, а во-вторых, у них на лице непреодолимая стена из скорби и серьезности. В общем, классическое русское выражение лица, только еще и усиленное. Причем, насколько я помню из экскурсий по Макарьевскому монастырю, послушницы еще имеют человеческое выражение лиц, могут даже улыбаться и шутить, но мгновенно себя при этом одергивают, до смерти пугаясь при виде старших монахинь.

Однажды я была на концерте органной музыки в католическом костеле города Владимира. На концерт мы пришли сильно заранее, еще ничего не было готово, и монахиня, которая там служила, постоянно бегала то с цветами, то с вазами, то с нотами. Ей постоянно нужно было пробегать перед алтарем. Но перед алтарем нельзя просто пробежать. Каждый раз она опускалась на колени, и каждый, каждый раз в ее глазах было такое воодушевление, счастье и энтузиазм, какого я никогда у православных духовных. После концерта она так живо и вдохновенно разговаривала с кем-то, что я поразилась вновь - ни следа русской православной степенности.

Я не говорю, что все католические монахини - именно такие, а все православные - совершенно точно не такие. Но у католических монахинь процентное соотношение больше. И глядя на сияющие, светящиеся лица местных монахинь, я не могу к этому привыкнуть и удивляюсь каждый раз, как в первый. Когда во Вроцлаве в одном из соборов Тумского острова высокая монахиня подлетела к мужчине в шапке и свистящим шепотом велела ему шапку снять, я даже как-то успокоилась: знакомая стратегия...

При этом у католических монахинь вовсе нет такой униформности в одеянии, как у православных. Это не женщины, закутанные в черное с ног до головы. Каждый орден устанавливает свою форму, и даже длина юбки может варьироваться от "в пол" до "до голени/колена". Не говоря уже о головных уборах, которые могут быть разной степени сложности и состоять из разного количества слоев. На остановке недалеко от нашего дома я часто встречаю монахинь, которые едут в костел нашего микрорайона (да, у каждого микрорайона есть костел). Так вот у них очень красивая форма, светло-серый с голубым. Но чаще всего, конечно, встречается темно-серый и черный (с белым в отделке). Хотя недавно я видела монахиню в белом с головы до ног. Причем белый был такой яркости, что позавидовали бы все рекламы стиральных порошков. Поддерживать такую форму - та еще задача.

Но своих первых "польских" монахинь я встретила еще до прилета в Варшаву, на пересадке в Минске. Сердце у меня упало: что я буду делать, если меня с ними посадят? Да я буду бояться пошевелиться! (Но меня посадили с гражданкой далекого Уругвая, с которой мы потом - самые последние - пробивались через паспортный контроль). Правда, из услышанного разговора я поняла, что эти монахини вовсе не были польками, польскому языку только учились и были в предвкушении первой заграничной поездки в лоно своего ордена, к филиалу которого они принадлежали в Белоруссии.

Конечно, существуют более закрытые и менее закрытые монастыри, рассказала мне польская знакомая. Это зависит от устава. Некоторые монахини привязаны к конкретному зданию, другие много путешествуют с паломническими, обучающими и прочими, самыми разными целями. Но в целом путешествующие монахини в Польше - зрелище совершенно обычное. Их можно встретить на любом вокзале, с громадными туристическими рюкзаками.

Да что там на вокзале, монахинь можно встретить смеющимися в трамвае, стоящими в очереди в магазине. Один раз я мучительно думала, стоит ли пропустить вперед стоящую за мной монахиню. Но как к ней обратиться? Она же наверняка не "пани"... Потом я услышала диалог кассира и монахини, и поняла, что даже слова приветствия были совсем другие. В корзинке у нее лежали новогодние гирлянды и мишура, что привело меня к дальнейшим, рвущим шаблон, раздумиям. Я, например, ни за что бы не могла представить, чтобы православная монашка покупала гирлянды к рождеству. Это же... Такая приземленная суета, нет? А эта монахиня что будет делать с гирляндой? Повесит у себя в келье? Или это ее послали купить для украшения общих помещений? То же самое было и в продуктовом магазине: покупает ли она вкусняшки себе на вечер или для всех сестер? По собственному почину или по просьбе начальства? А на какие деньги? У монахини была самая обычная пластиковая карточка...

Уроки религии, в данный момент финансируемые в Польше за счет бюждета, предлагают финансировать за счет католической церкви. Я очень удивилась: откуда у церкви деньги на такое масштабное предприятие? "Ну как это! - сказала мне преподавательница, словно речь шла о чем-то, понятном каждому дураку. - Церковь - это очень богатая организация, очень! Например, она владеет многими зданиями, территориями, и сдавая их в аренду, получает огромные деньги".

Среди монахинь, которых я вижу на улице, довольно много молодых: моего возраста или чуть старше. И эти привлекают меня больше всего. Мне хочется задать им миллион вопросов, суть которых сводится к одному: "Как, живя в 21-ом веке, вы решили стать монашкой?". Однажды я стояла на автобусной остановке, и рядом стояла очень молодая монахиня в тяжелых ботинках и с вырывающимися прядями кудрявых волос. Она почему-то очень пристально смотрела на меня (хотя я была одета так же, как и всегда, и, в общем, не эксцентрично и по погоде), а я - понятно почему - смотрела на нее, причем чем дальше, тем с большим вызовом. Мне хотелось, чтобы она заговорила. Слова уже витали между нами. Но тут подошел автобус, и она уехала.

В общем, это целый мир, совершенно неизвестный мне, но находящийся совсем рядом. И он совершенно непроницаемый. Иногда я думаю, что я хотела бы снять документальное кино о них. Или хотя бы посмотреть такое кино.

Моя подруга Настя как-то сказала, что после "Иды" и "Спасения" мир стал больше знать о польских монахинях. Но мне кажется, нет. Вопросов стало только больше.

Познань учит черно-белому

Так сложилось, что эта часть Европы отмечена немецким влиянием. И честно говоря, названия Брюнн и Ольмюц нравятся мне куда больше, чем Брно и Оломоуц. Познань тоже была немецким городом по имени Позен. От тех времен в ней остался огромный, на целый квартал, императорский замок. Он иногда шутит со мной и кажется похожим на здание Банка на Большой Покровской в Нижнем Новгороде. Но — не успеваю я недоуменно приглядеться к серой громаде, как это впечатление исчезает. Словно в камни впитывается.

Трудно жить в бескрасочном ноябре.

Смотришь вокруг — и ничего яркого, ничего, совсем ничего. Все разноцветные листья облетели. Сплошные оттенки серого.
Императорский дворец из серого камня. До зеленоватой крыши еще дотянись взглядом. Плоские профили деревьев на ноябрьском небе. Остановка из стекла и металла. Блестящие рельсы в круглобокой брусчатке грубого цвета.

И вдруг в эту картину вдвигается аккуратный, как жидкость в шприце, старый немецкий трамвай. Такой обтекаемой, такой идеальной формы, такого совершенно ровного серого цвета, что картина серого становится идеальной.

Меня вдруг пронзает пониманием. Краски здесь даже не нужны.

Познань учит черно-белому.